НАДЫШАТЬСЯ ЭТОЙ ОСЕНЬЮ ...

Надышаться этой осенью, напиться
Нам пожизненно с тобою суждено.
Поцелуями на губы мне ложится
Сок рябиновый, похожий на вино...
Может, горечи в нём больше, чем хотелось,
Но зато в разлуке слаще были сны.
Посмотри, в какое золото оделась
Эта осень с терпким привкусом весны!
Ничего, что снова портится погода -
Ветер пахнет всё отчётливей зимой,
Но пока что с голубого небосвода
Опускается листва на нас с тобой...
Так легко от тишины, и так беспечно
Лучик солнца отражается в глазах.
И стоял бы я с тобою рядом вечно,
Растеряв дыханье в рыжих волосах...
И совсем не в тягость долгое молчанье -
Мы умеем разговаривать без слов...
Нам с тобою эта осень на прощанье
Дарит щедро самый сказочный из снов...
Навсегда бы в этом золоте остаться
Под присмотром листопада и любви...
Впрочем, сколько бы теперь ни расставаться,
Никуда нам друг от друга не уйти...
Первый иней тронет ветки и растает...
Пусть у встречи нет ни года, ни числа -
Осень листьями тропинки заметает,
Чтобы нас разлука больше не нашла.
Сказоч-Ник
ЕМ

Работы слепого фотографа Evgen Bavcar

А темнота нам открывает новый мир... Работы слепого
фотографа Evgen Bavcar
На вопрос, что он дает людям своим творчеством, слепой словенский
фотограф Эвген Бавчар отвечает: «Свет, который создаю, он для того,
чтобы провести вас, зрителей, по темным коридорам своей души,
постоянно открывая самые заветные ее уголки». А на вопрос, не
обучает ли он своему мастерству слепых детей, говорит, что во
Франции - нет. Однако один из чешских коллег, следуя его примеру,
делает это и уже несколько таких детей сейчас успешно занимаются
фотографией...
Полностью слепой, всемирно известный фотомастер Евгений Бавчар
родился в Словении в 1946 году. Рос мальчик любознательным и в игры
играл соответствующие: мины, детонаторы, другие военные штучки.
Одна из таких «штучек» и лишила зрения 11-летнего Женю... Дитя
послевоенного времени, несовершеннолетний инвалид, находит в себе
душевные силы, чтобы доказать - он не хуже других. Именно тогда, в
начале 60-х годов в Центре для слепых детей в Любляне, а потом и в
лицее, делает первые свои фотоснимки. Судьба забрасывает его в
Париж, где в 1981 году он получает французское гражданство и
становится стипендиатом французского правительства. Первая
официальная фотовыставка работ Евгения Бавчара состоялась в 1987
году и сразу привлекла внимание публики. После этого он
экспонируется во многих странах мира: Австрии, Италии, Германии,
Швейцарии, Испании, Бразилии. Начинают выходить его фотоальбомы, а
потом книги - слепой фотограф становится еще и писателем, доктором
философии, увлекается творчеством Оноре де Бальзака. В июле 1999
мастер посетил Украину. В столичном Французском культурном центре
прошла его фотовыставка, посвященная 200-летию со дня рождения
Бальзака. Фотовыставку открыл сам автор.
Все 20 художественных снимков сняты исключительно ночью при
специальном освещении в Музее Бальзака в Париже и в замке Саше
(поблизости от Тура), где жил и творил великий писатель. Кроме
того, Евгений Бавчар ознакомился с бальзаковскими местами в
Украине, посетив Верховню на Житомирщине и запечатлел на фотопленке
имение возлюбленной прославленного французского писателя Бальзака -
Эвелины Ганской.
Учёба Эвгена Бавчара, цель кото рой - жить без зрения, началась в
Словении, в лицее для слепых городе Любляна. Это была жизнь, напол
ненная звуками, запахами и невидимой геометрией. По окончании Эвген
Бавчар самостоятельно уезжает в Париж, где в 1976 году, прослушав
курс лекций по философии в Сорбонне, защищает докторскую
диссертацию на тему «Эстетика Теодора Адорно и Эрнеста Блоха».
Найдёшь и у пророка слово,
Но лучше слово - у немого,
И ярче краски у слепца:
Когда отыскан угол зренья,
И ты при вспышке озаренья
Собой угадан до конца.
Арсений Тарковский
Беседовать с ним коротко невозможно - он захватывает вас энтузиаз
мом и увлекает своими рассуждениями. Вы забываете, что перед вами
слепой че ловек, и видите философа, писателя, опубликовавшего не
одну книгу, и фото графа. Но кого в нем больше?
«Стараясь соединить в себе три измерения, я прежде хочу оставаться
самим собой. Я тот, кем являюсь. Я видящий слепой, и в этом
контексте я - философ, писатель и фотограф. Называя себя философом,
я подразумеваю, что меня влечет мысль о мироздании. Я стараюсь
самостоятельно, в меру своих скромных возможностей, самым
естественным путем постичь мир и описать его светом, так как,
будучи фотографом, я, разумеется, работаю со светом. Как писатель я
стараюсь выразить то, что под силу словам... глаголам. Я связываю
воедино глагол и изображение в своем миропонимании и самовыражении.
Эти два аспекта непроизвольно дополняют друг друга. Я занимаюсь
осмыслением изображения. В значительной мере я вынужден прибегать к
его осмыслению, поскольку мы живем в мире изображения. Одновременно
я не слишком задумываюсь об этом в момент, когда я сам создаю
изображение, следуя своей собственной интуиции, где я не должен
заниматься теорией, потому что являюсь в полной мере
изобретателем».
Его душа и на Западе, и на Востоке. Будучи по происхождению
словенцем и любя Словению как единственную страну, которую он видел
- «она дала мне свет» - Эвген Бавчар, живя в Париже, ощущает себя
прежде всего человеком Центральной Европы, в синтезе культур и
изображения, так как в лингвистическом и культурном плане Словения
находится на стыке Запада и Востока. «Я обожаю западноевропейскую
культуру, равно как и культуру Восточной Европы и, в частности,
русскую литературу. Одна моя подруга часто читает мне по-русски, и
при медлен" ном прочтении текста я понимаю. Я стараюсь ощущать в
себе связь двух культур так же, как я ощущаю связь ночи и дня, все
разнообразие существующих в мире противоречий».
Недавно он начал работать над циклом «Все дети». «Ребенок приходит
в мир из темноты и свое восприятие начинает с различения света и
мрака. Я не очень хорошо помню это состояние, как оно
воспринималось в детстве. Но когда я обнаружил цвета, узнал их
названия: красный, голубой, желтый, - тогда начал «собирать»
изображения. Затем, уже несколько позднее, будучи крайне
любопытным, я хотел наблюдать мир, узнать о нем как можно больше и,
полагаю, был едва ли не самым любопытствующим. У меня был
«зверский» аппетит на изображение, я чувствовал себя кем-то, кто
может взять необычайно много, но не хватает рук, корзин,
грузовиков, вагонов, чтобы все это привезти в мир темноты. Я
испытывал особую жажду. Я так много хотел взять для себя из этого
мира... и иногда сожалею, что не смог унести больше».
ЦВЕТ
«Я видел цвета, только когда был маленьким, и с тех пор я
раскрашиваю мир. У меня в руках палитра основных красок, которую я
взял с собой из своей родной страны вместе с воспоминаниями о
людях, о траве, деревьях, солнце, небе. Это моя волшебная палитра.
Для меня цвет - это материнство мира. Цвет также - эротический
аспект восприятия мира, аспект мира живого. Мир без цвета не мог бы
существовать. Моим, пожалуй, самым любимым стал голубой - цвет
лазури и еще красный. Красный и желтый ушли от меня позже всех
остальных цветов. Последнее, что мне удалось увидеть, была юбка
подошедшей ко мне девочки - она была ярко-красной. И этот цвет стал
моим самым последним воспоминанием... Но у меня много и других
красок. Цвет для меня становится одной из форм внутреннего видения.
Я вижу сны не только черно-белые, но и в цвете, и стараюсь увидеть
в своих внутренних видениях как можно больше красок, так чтобы мир
не представлялся мне монохромным или одноцветным. Нужно всегда
стремиться наполнить мир красками».
Учителей фотографии у него не было, поскольку преподавание
фотографии как таковое практически отсутствует, тем более - школы
для слепых фотографов. Пользоваться фотоаппаратом он научился с
помощью друзей. «Изображение, которое я навсегда запомнил и которое
стало едва ли не самой прекрасной картиной жизни в моей памяти, -
это долина моего родного края, г де ветер поет ей колыбельную,
укачивает, треплет шевелюру деревьев, беспокоит лица случайных
путников на дороге, вносит сумятицу в определенный порядок на земле
- в ее организованное пространство. Но сколь чудесна эта сумятица,
этот беспорядок, магия, волшебство, очарование! Для меня это крайне
существенно, я очень люблю мир в беспорядке, запутанный, не похожий
на большое тихое кладбище. Именно таким представляется мне «порог»
рая, та самая картина долины моего детства, подчиненная
ветру...»
По собственному признанию, Эвген Бавчар не владеет техникой
фотографии в совершенстве. Присутствие человека он определяет на
слух, осязает расстояние, пространство, просит описать ему
«контакты» с пленки, чтобы знать, соответствуют ли кадры его
внутреннему ощущению. «Для каждой фотографии я стараюсь создать
мысленно свой образ, который стремлюсь реализовать, проверяю
взглядом других людей, дающих мне свое описание им увиденного -
насколько это соответствует тому образу, изображению, которое я
хотел дать. Думаю, если бы художник мог быть абсолютным в создании
своих образов или исключительным в техническом отношении, искусство
бы умерло».
О нем вполне можно говорить как об основателе нового жанра
фотографии, так как он работает не столько светом, сколько тенью. В
его ню видят сходство с работами Гойи. Игру света и тени кто-то
воспринимает как сновидения. «Мои работы существуют через
восприятие другими. Они становятся для меня своего рода способом
общения с окружающими меня людьми. Таким образом, я не просто делаю
фотографию, я показываю ее другим. Я думаю, нет людей, которые не
видят. Есть люди, которые по-иному смотрят на мир. Я не думаю, что
слепой от рождения ничего не видит. У него просто есть свои образы,
он видит и смотрит по-своему. Может быть, экспрессия и
выразительность в моей фотографии объясняется тем, что она идет от
моего внутреннего ощущения. Даже те снимки, где я просто откликаюсь
на какие-то характерные шумы и звуки улицы, либо на определенные
голоса людей, при всей степени случайности все же являются
отражением моего внутреннего состояния».
«Все возникает вследствие моих размышлений. Темы могут быть
спровоцированы внешним миром, поездками. Существуют такие грода,
которые меня влекут к себе - Женева, Неаполь, Вена. Иногда я
встречаю человека, чья манера поведения, место в пространстве и
наконец его глубинная сущность вызывают мой особый интерес к нему,
в результате чего я непременно должен сделать его портрет. Портрет
Ханны Шигулы я делал с особыми чувствами к ней, так как перед собой
видел необыкновенно мудрую женщину-«сову», актрису, наделенную
особой творческой интуицией, глубокой мудростью подсознания. Эта
женщина хорошо понимает невидимый мир. Именно поэтому ей удается
быть столь органичной в фильмах Фасбиндера. В моем восприятии ее
внутренняя мудрость поднимается до высот древнегреческой трагедии,
символом которой стала «Сова Минервы». Именно эти чувства я
стремился передать в ее портрете. Однажды я делал портрет молодой
девушки-музыканта. Ее игра на арфе придавала ей нечто ангельское.
Незаметно для нее самой, уже в момент съемки я поставил рядом с ней
изображение ангела. Ведь именно ангела я почувствовал в звуках
музыки, которая рождалась на струнах ее арфы от ее «осязательного»
прикосновения к ним, и в той телесной нежности к своему
инструменту».
В его доме много зеркал. Они и в его работах. Для него зеркало -
это иллюзия, саркофаг Нарцисса, его могила. Нарцисс нашел смерть в
своем зеркальном отражении. «Я себя мертвым не чувствую, - говорит
Эвген. - Я живой. Может, самым трагическим моментом в жизни
человека и становится позиция, когда он воспринимает свое «я» в
абсолюте как главное действующее лицо, как основную данность в этой
жизни. Зеркало представляется мне ненужным предметом. Именно
поэтому у меня так много кругом зеркал. Я даже ношу зеркало в своей
петлице для того, чтобы отвечать женщинам, которые постоянно
спрашивают меня: хороши ли они собой. Чтобы их не огорчать, я
предлагаю им посмотреть на себя в мое зеркальце, поскольку никогда
не могу дать быстрый и прямой ответ. Иногда моим ответом становится
фотография, иногда я отвечаю поэмой, текстом. Зеркало для меня
также и место сосредоточения света.
Оно раздвигает границы моего жилища, оно удлиняется, стремясь к
бесконечности, открывая передо мной новые ощущения в видениях. Оно
- это нечто, что напоминает мне о бренной стороне нашей жизни, о
нашей смертности. Когда смотришь в зеркало, то начинаешь понимать,
что и ты однажды умрешь. Как хорошо об этом у одного русского
писателя. Будучи в театре, он увидел в зеркале лицо женщины и
понял, что однажды ему придется умереть. Зеркало - это нечто
фатальное, это не просто предмет быта, это вопрос: откуда мы пришли
и куда мы уйдем?! Я сам задаю этот вопрос своим зеркалам, часто
расколотым, с трещинами или уже потускневшим.
У меня ведь в детстве тоже было свое «зеркальце нарцисса», которое
разбилось, а девочки, которые, увы, далеко не всегда были ко мне
добры, от меня скрывали мою красоту, мне пришлось заново собирать и
склеивать зеркало, чтобы узнать правду о себе, но я до сих не
закончил эту долгую и трудную для себя
работу...»

Пишу тебе письмо

Пишу тебе и вижу с каждой строчке
Твои глаза, улыбку...
Ты со мной.
Накинуть шаль бы... Вот дойду до точки...
Нет, до вопроса: "Как ты, мой родной?"
Я долгими промозглыми ночами
Включаю нашу песню.
Сна всё нет.
Мне кажется, что ты вот-вот ключами
За дверью звякнешь, но...
Скрипит паркет -
Иду опять за тёплой чашкой чаю.
Уж третий час пишу тебе письмо,
А что выходит? "Жду, люблю, скучаю..."
Вот, толком-то и нету ничего.
Луна в окно не светит - облаками
Её ещё в обед заволокло...
Я жду того, что было между нами.
Вернись скорей! Верни в мой мир тепло!
* 07.09.2009 г.
P. S.: ничего личного, только творчество.

рвусь]

Я всё больше окунаюсь.И знаете с удовольствием,хотя и многое и настораживает особенно (почему-то) начерталка.
Сейчас всё более серьёзно думаю о том:" что же дальше". Появляются совершенно разные мысли. Пытаюсь всё правильно обдумать.Мне надо что-то делать.Найти путеводную нить,которая приведёт меня туда ,куда мне и нужно. Это очень важно и в то же время сложно. И каждый это знает.И я это знаю.Но мне надо рваться и метаться с одного края на другой,чтобы добиться ,того к чему идёшь.Это всем надо.И это надо в первую очередь мне,потому что я хочу быть в струе этой жизни.А для этого надо извести себя так,чтобы уже не помнить не о чём кроме сна.Не говорЮ,что хочу этого,но хочу чтоб жизнь походила на это.Для первого времени.

стишное

Августовские сказки
Эти сказки похожи на правду, но в них не про нас
Корабли наши входят в пике и слетают с орбит
Не затем ли, что звезды всего лишь осколки от фраз -
Заменитель, дешевка, фальшивка, сорбит.
Если можешь не плакать, не плачь, в этом вязком "не так"
Наше чуткое "то, что внутри" никогда не сгорит...
Мы считаем во сне одинокие взрывы петард
И свои отраженья в осколках прозрачных витрин...
Наши нолики делит на клетки суровый пунктир
Мы крадемся по клеткам в весну, превращаясь в воров,
Мы, по правде, готовы к чертям разорвать этот мир,
Чтобы он оказался прекраснейшим из всех миров...
Только нас не пускают туда, где растаскан озон,
И мы крепим свои небеса на резной саморез...
И пускаем их корни в огромный железный вазон,
И несем их с собой чтобы мерять свободу на вес...
Эти сказки похожи на правду, но в них не про нас,
Мы готовимся к взлету сто тысяч по счету недель...
Чтобы вечность светится огнем в чьих-то радужках глаз
Там, где август умеет летать и ходить по воде.
badly_unequal aka Blacksymphony,'rewind'

хватит пить

1 - расслабило
2 - весело
3 - бароца
4 - слетают тормоза
5 - хз что там происходит вообще. наврное сплю
6 - паранойа
паника в 4 ночи от того что я не знаю где я. все как в страшном сне. тени. голоса. мне такое снилось.
паника утром. уже дома. и снова от того что я не могу понять что я тут делаю.
паника от того что я не могу найти сумку в которой все паспорта.
снова задумчивая паника с размышлением хули все таки я не в черногории, москве или в машине, или палатке, та где угодно, но
как я оказалась вообще в киеве?
др в палатках. надеюсь.
это позабавней.
еще работа.
вот это паника.
у меня ничего не болит, кроме разбитого лба, челюсти и копчика.
видимо хорошо вчера поборолись.
меня заебало пропивать все.
буду учиться рисовать импрессионизм сэмуа и интересоваться чемто.
ох уж эта деградация. тока пиздишь о том чтобы чтото делать, а сам никада этого не делаешь)

дя чего нужна гордость?

Когда любящие люди вместе, мир кажется сказкой... они утопают в любви, в надежде, в ласке... но всегда наступает момент, когда они друг другу начинают надоедать... начинаются ссоры, обиды, упреки... в конце концов отношения рушатся... и м и кажется, что не может все больше так продолжаться и они расходятся... но через некоторое время, он осознает и понимает, что не может жить без нее... он страдает, ревнует, душевно погибает... но гордость... он не знает, что делать... все в себе держать или открыть свою чувства, а может лучше промолчать... сердце ему твердит вперед, а разум говорит не надо... и она пытается быть гордой, но увидев его, сердце ее тихо плачет, а время идет... она находит ему замену, просто стобы доказать, что не пропадет в одиночестве... она не любит этого другого, но такова жизнь и у нее нет выбора... но со временем он узнает, что у нее появился кто-то, внутри его пожирает ревность... с горя он напивается чтобы забыться, когда приходит в себя, ищет девушку, любую, просто чтобы отомстить... в итоге, у нее есть свой парень, у него своя дама... на этом их пути навсегда смыты... но во сне и наяву, они не перестают думать друг о друге, но им остается только беспощадно убивать свою любовь... так зачем же доводить все до этого? Для чего? Чтобы страдать? Для чего нужна гордость? Убивайте гордость, но не убивайте любовь... они ведь любят друг друга, так почему же они не могут быть вместе, опять гордость... делай выводы, не совершай глупости, цени и береги свою любовь... ведь любить можно не каждого и любовь приходит не всегда...